- Извольте ваш документик на право обыска.

- Шило мыло, обмены. Что за барахолка?

- Павел, ты сначала расплатись за водку с дядей Харитоном, потом уж приступай к воспитательной работе, - сказал из сеней Афанасий, почесывая за ухом волкодава.

- Присядь, Афоня. Гостей провожу, займемся нашим делом, - сказал Харитон. - И ты, Полька, подожди, - велел он стоявшей за спиной Афанасия Новиковой.

- Это что еще за спектакль? - возмутился Гоникин придушенно, кладя на стол деньги.

- С гостей не беру, тем более с председателя райисполкома.

- Вы знаете его? - спросила Катя.

- Я и тебя знаю, раскрасавица. Лесник должен знать всех. Его не видят, а он из кустов, из-за дерева глядит, примечает. А вы тоже мне: мол, заводские мы. Кого замыслили обхитрить?!

Афанасий, помахивая рукой на себя, выманил их во двор.

- Ну? - спросил он Харитона и, перехватив его косой взгляд на Гоникипа и Катю, сказал, что можно при них дело делать.

Лицо Харитона побледнело, строжая на глазах:

- Товарищ Чекмарев, человек тот у меня в горнице. - Уголки губ его дернулись под усами. - Сам заявился к Поле Новиковой, прошу учесть.

- Да, подтверждаю: сам пришел, сдал оружие. Сначала я ужаснулась, похлебку разлила, весь подол измазюкала. Но тут инженер-истопник Коля Рябинин подоспел.

То-то натолкуются - служили вместе вроде. От лишних глаз укрыл у Харитона.

- Самолет кружил на рассвете... Тогда и спрыгнул.

Гоникин засвистел:

- Ситуация!

- Смотреть овражный лес надо. Может, где еще забились, - говорил Харитон Афанасию. - Я пойду.

- Осторожнее, дядя Харитоп, - предостерег Афанасий, принимая от лесника ключ от горницы.

- А то как же? Чай, леса и овраги свои мне сызмальства. И Митрич хитрый. - Лесник потрепал по холке муругого пса, пошел по отложипе к леску, поднявшему со дна оврага темно-зеленые кроны.

- Надо бы с ним послать... Не верю старику, - услыхала Катя голос Гопикина, сильный и убежденный.