Квартиры моего отца и его сестры были, по сути, перевалочными базами для родственников, едущих из деревни в город и из города в деревню ("из варяг в греки"). А по традиции, берущей начало с послереволюционных времен, без бутылки в гости никто не ходит. Поэтому посещения родственников были маленькими праздниками, независимо от того, на какой день и на какое время приходился визит.

Однажды проездом была группа родственников из Норильска, где люди получали такие зарплаты и было такое снабжение, которые только в счастливых снах снились жителям центральных районов Российской Советской Федеративной Социалистической Республики.

Что нас больше всего удивило, так это то, что одна из рыжих родственниц вышла замуж. Муж высокий, черноволосый и черноокий красавец из украинских палестин, и ребенок, слава Богу, похож на отца.

После застолья мой отец и молодожен вышли на кухню покурить.

В достаточно длинном разговоре о том и о сем, отец вдруг понизил голос и спросил почти шепотом:

- Слушай, Николай, а ты часом не шпион?

Николай был настолько ошарашен вопросом, что поперхнулся дымом "Беломора", отчаянно закашлял, а прокашлявшись ответил вопросом на вопрос:

- Дядя Ваня, а почему ты решил, что я шпион?

- Ты иди к зеркалу и посмотри на себя, а потом посмотри на свою жену. А на наш химический комбинат давно уже все разведки нацелились, а тут на тебе и кандидат для женитьбы, живущий недалеко.

- Нет, дядя Ваня, не шпион я. Получилось у нас с ней по пьянке. Утром проснулся, посмотрел и думаю, много же я вчера выпил. А она с первого раза и забеременела. Но я-то не сволочь. Да и она девка добрая, и работящая, и фигурой Бог не обидел. Мои родственники тоже вопросы задавали типа, уж не дочь ли миллионера я себе засватал. К таким вопросам я привык и не обижаюсь на них, много они понимают в настоящем человеческом счастье. А вот твой вопрос меня в такое положение поставил, что хоть стой, хоть падай.