-- В голове не шумит?

Я сказал:

-- Немного в ушах звенит, а так все нормально.

Смотрю, рядом стоят взводный, Шавкат и наш наводчик парнишка казах, я спросил:

-- Что там случилось, как остальной экипаж?

Взводный сказал:

-- Все целы, БТРу только колесо оторвало, а ты головой об люк стукнулся и потерял сознание.

Я начал просить медиков, чтоб отпустили, ничего ведь со мной не случилось, голова вроде целая, и я могу ехать на своем БТРе, хотя на самом деле затылок у меня болел страшно, но мне не хотелось в "таблетке" ехать. Тогда медик капитан попросил, чтобы я по приезду в полк пришел в санчасть обязательно. Я пообещал зайти, и он отпустил меня на свой БТР. БТР наш стоял метрах в ста от "таблетки", он мог ехать сам, а колесо ерунда, еще семь оставалось, главное все живы, а железо хрен с ним. В ушах у меня после этого взрыва шумело долго, и я по приезду в полк пошел в санчасть, как и обещал капитану, и пролежал там почти месяц.

Те Афганцы, кто застал так называемое перемирие в 1987 году, знают, что это за дуристика. По всему миру кричали, что в Афгане достигнуто перемирие, и теперь потери среди Советских войск значительно сократятся и все такое. Воевать, мол, будут зеленые (сарбосовская, афганская армия), а наши будут стоять на блоках и в боевые действия вступать не будут. Какая все-таки это была туфта, это политикам казалось, что стоит только объявить перемирие, и оно произойдет, а на самом деле произошло все с точностью до наоборот. За период перемирия резко участились диверсии, и душманы вдвойне активизировали свои действия. А нашим был отдан приказ: в конфликты не вступать и первыми огонь не открывать. Даже непросвещенному в войне профану понятно, что такой приказ означает, и кому он выгоден больше.