Но другие ведь тоже боги? Конечно. Если бы они были людьми, мне было бы страшно бросать на тротуар банановую кожуру, на которой совершенно незнакомый человек может поскользнуться и сломать ногу. Но я-то знаю, что прохожий будет не человеком, а богом. Во-первых, беда его не коснется, его спасет божественная сила (она называется «авось» — еще одно выражение, которого нет в западных языках). Если уж он решил поскользнуться на этой кожуре и сломать ногу — это его выбор. Может быть, перелом будет воспринят им как шутка? Оторвет он сломанную ногу, помашет ей, да и приставит на место. Если ему больно и он испытывает страдания, это будет лишь испытанием его божественной натуры. Конечно, если бы он был простым человеком, например, голландцем, то упасть на улице и сломать ногу было бы для него ужасно. Но по нашим тротуарам ходят не голландские люди, а русские боги. Вот я и бросаю кожуру на тротуар без всяких угрызений совести.

Если голландский хулиган бросает кожуру, окружающие смотрят на него с осуждением и подбирают ее. В России же для того, чтобы люди выполняли самые элементарные правила, кажется, что нужно учредить ужасные кары, но и тогда люди будут подчиняться этим правилам не более трех секунд.

Закон напрямую связан с определенной территорией: не зря, если человек преступает закон, на него надевают наручники, сажают за решетку, не давая возможности территориально перемещаться. Закон — это не абстракция, а действующая на данной территории реальность. Без географической привязки закона просто не может быть. Такую привязку дают либо кандалы да тюрьма (вот почему на Руси так долго сохранялось крепостное право, продолжают существовать прописка и внутренний паспорт), либо частная собственность на жилье и землю.

В Голландии, на всей ее маленькой территории, существуют одни и те же законы. В России дело обстоит иначе. Здесь, если тебе не нравится закон данной местности, ты можешь уехать за тысячу километров в любом направлении. Ты все равно будешь находиться в России, но народ и обычаи будут уже другие, и законы, которые тебе не нравятся, не будут действовать. Вот там ты снова и предъявишь свои верительные грамоты.