Только не пытайтесь меня убедить, что всему виной его желание остаться в родном «Спартаке» и в России.
В итоге так сложилось — но подобной цели Титов перед собой не ставил. В России он действительно хотел и хочет защищать только красно-белые цвета. Но футбольный мир родной страной для него долгое время не ограничивался, однако несчастливое стечение обстоятельств помешало Егору мир посмотреть и себя показать, выступая за границей. Зарплаты тогда в нашем футболе были не чета нынешним — и уезжали люди если не при первой возможности, как в начале 90-х, то уж при второй — обязательно. И Титов бы уехал — если бы отпустили.
Да и если рассуждать о спартаковском бескорыстии Титова по гамбургскому счету… На протяжении всего 2004 года, когда капитан «Спартака» был дисквалифицирован за употребление допинга, тогдашний президент клуба Андрей Червиченко честно платил ему зарплату — хотя имел все юридические основания этого не делать. Но эксцентричный руководитель в данном случае поступил не по закону, а по понятиям — ведь именно в его бытность президентом клуба (а Андрея Чернышова — главным тренером) в «Спартаке» разразился бромантановый скандал. Жертвой его стал один Титов, и Червиченко взял его содержание на себя.
Вот только меценатства в чистом виде в России нынче не найдешь. За все надо платить. Трансферный лист капитана «Спартака» перешел из клуба лично к Червиченко, игрок стал, по сути, его собственностью. Не знать об этом Титов не мог — предположив подобное, мы доведем слухи об инфантилизме взрослого 30-летнего человека до абсурда: и о допинге он-де не ведал, и о том, где находится его трансфер…
Короче, когда настало время «Спартаку» и Червиченко расходиться, выяснилось, что клуб вынужден выкупать собственного капитана (!), воспитанника родной спортшколы (!!), у деятельного ростовского бизнесмена. И пусть в процессе переговоров тот снизил свои аппетиты с восьми миллионов долларов до трех — новым руководителям «Спартака» Титов все равно обошелся в копеечку. Вот и зададимся вопросом: если бы футболист был таким ревностным патриотом красно-белых, что деньги при этом не имели бы для него значения, согласился бы он на переход своего трансферного листа в руки Червиченко? Или отказался бы получать в течение года зарплату — но тем самым и сохранил бы себя в собственности «Спартака»?