В глубокой древности самураи усвоили искусство киаи — мистической силы, которая лежала в основе любого военного успеха. Слово происходит от слияния существительного “ки” — “дух”, “воля”, и “аи” сокращения глагола “авасу”, означающего “объединять”. Таким образом, киаи — это движущая сила, которая побуждает людей к действию, это сила, которая вселяет в них решительность преодолеть препятствия или победить врагов.

Для того, чтобы привлечь киаи, самураи использовали соответствующие выражения, например:

“У меня нет родителей. Я делаю небеса и землю моими родителями.

У меня нет божественной силы. Я делаю честность моей божественной силой.

У меня нет волшебной силы. Я делаю мои личные качества моей волшебной силой.

У меня нет тела. Я делаю стоицизм моим телом.

У меня нет ничего сверхъестественного. Я делаю справедливые законы сверхъестественными.

У меня нет друзей. Я делаю мой ум моим другом.

У меня нет замка. Я делаю непоколебимый дух моим замком».

Подобные заклинания обладали для говорящего большим психологическим эффектом. Они помогали ему сконцентрироваться, приготовиться к испытанию, и в этом смысле “дух” действительно в какой-то степени господствовал над “материей”.

Искусство киаи, или самовнушения (как бы мы сейчас его назвали), оказывало большое влияние на самураев. Вера в то, что нет предела человеческим возможностям, и в то, что если кто-то успешно развивает свое “хара” (мужество, силу духа), то он может обрести нечеловеческую силу, — сказывалась на интенсивности и тяжести тренировок в японской армии, совершенно не известных в вооруженных силах других стран.