П р о к о ф и й  А н д р е е в и ч. Стало быть, за свою работу вы денег не берете? Так я вас понял? Почему же вы мне не верите?

К о в а к о. Факты - мое божество. (Жест в сторону рабочего стола.) Не станете же вы утверждать, что все эти предметы являются вашей личной собственностью?

П р о к о ф и й  А н д р е е в и ч. Здесь не моя держава. Вот сын с работы вернется - он вам разъяснит.

Л ю д м и л а. Правда, подождите. Николай всегда в это время обедает. Посидите. (Выбежала.)

К о в а к о. Ну что же - объявим перемирие? Но помните - вы меня ни в чем не убедили. (Разглядывает книжные шкафы.) А вы книжник, оказывается?

П р о к о ф и й  А н д р е е в и ч. У нас в семье все книжники - и сын и дочь. Основание библиотеке я положил. С девятьсот шестого года по шестнадцатый выписывал "Ниву" со всеми приложениями. Классиков в коленкоровых крышках содержу - сам переплетал.

К о в а к о. Приятно видеть. Скажите, нет ли у вас Габорио? Могу похвастаться: имею "Мир приключений" в комплектах с девятьсот одиннадцатого по двадцать шестой год.

П р о к о ф и й  А н д р е е в и ч. Этого у нас нет.

К о в а к о. Жаль. (Показывая на граммофон.) Увлекаетесь? Старомодная машина.

П р о к о ф и й  А н д р е е в и ч. Вот то-то и оно, что торопитесь судить. Модернизирован - слыхали такое слово? Звук высшей очистки через адаптер. И управляется на расстоянии.

Прокофий Андреевич взял в руки стоящий на столе

маленький ящичек, не соединенный проводами с

граммофоном. Нажим кнопки - диск граммофона начал

вращаться, иголка коснулась пластинки, и в трубе