Чтобы хоть как-то замаскировать это безобразие, приходится изощряться: обшивать бархатный подол елочным "дождиком", блестками и прочей мишурой. С прошлого года Снегурочкин наряд обветшал пуще прежнего, его впору было расстелить на полу у входа в ДК, чтобы вытирать ноги в ненастную погоду. Разумеется, я довела свое мнение на сей счет до заведующей, большей частью для проформы, поскольку хорошо знала, что она ответит: "Ну придумай что-нибудь, в следующем году новый купим".

Возмущаться и спорить было бессмысленно, и я утешилась тайным знанием, что следующее новогоднее представление в нашем ДК пройдет без моего непосредственного участия. Тайным для бедной Зинаиды Терентьевны, которая не догадывалась, какую свинью я собираюсь "подложить ей в третьем тысячелетии.

- Ладно, нашью еще блесток, чтобы прикрыть дырки, - буркнула я и поплелась на сцену, где меня поджидали Дед Мороз, Винни Пух и Буратино, нетерпеливо переступающие с ноги на ноги. Все трое имели не менее жалкий вид, чем я.

- Моль всю шкуру побила, - печально поведал мне Алкиным голосом куривший в кулисах Винни Пух.

- Да ну? - не поверила я. - Она же искусственная!

- Подумаешь, искусственная! - присвистнула Алка. - Моль сейчас такая, капроновые чулки жрет! Видишь, уши какие?

Присмотревшись к Алкиным, тьфу ты, медвежьим ушам, я и впрямь заметила довольно обширные прогалины, через которые бессовестно проглядывала "начинка" - белый синтепон.

- Да, впечатляет, - посочувствовала я Алке и посоветовала:

- Попробуй залатать.

- Еще чего! - фыркнула Алка. - Пусть все видят, что мой Винни Пух бомж.

- Хватит вам, свиристелки, давайте репетировать, а то мне сегодня внука из детсада забирать, - вмешался в нашу беседу Дед Мороз - пожилая библиотекарша Клара Семеновна. У Клары Семеновны зычный командирский голос и солидная комплекция, а потому в роли Деда Мороза она просто неотразима. Особенно если учесть то немаловажное обстоятельство, что наша самодеятельность испытывает хроническую нехватку мужчин.