Льюис старался вычеркнуть из памяти и вычеркнул из своей духовной автобиографии -- и пращура матери епископа Хуго, и ее отца, священника Томаса Гамильтона. Католиков пастор Томас считал "детьми сатаны". Его мнение о православных неизвестно. Впрочем, он был капелланом на английском флоте во время Крымской войны и именно на севере России, так что, вероятно, духовно ободрял артиллеристов, обстреливавших Соловецкий монастырь. Христианство как национальное, народное явление ассоциировалось, таким образом, в детские годы Льюиса с чем-то весьма малоприятным, авторитарным, мертвящим. Так было не только в Ирландии, но и в остальных частях европейского мира, когда-то числившегося сплошь христианизированным. Любопытно заметить, что Томас Гамильтон считал, что даже "дети сатаны" не будут мучиться вечно, но просто исчезнут в небытии.

На личном уровне малоприятные ассоциации, связанные с национальной верой в Небесного Отца и Его Сына, подкреплялись сложными отношениями с отцом. Льюис-сын считал себя противоположностью Льюису-отцу, видел себя жертвой отцовского самодурства, эгоизма и алкоголизма. Льюис родился 28 ноября 1898 года (брат Уорни был старше его на три года), а 23 августа 1908 года -- в день рождения отца -- умерла их мать. Две недели спустя ребята были отправлены в английскую частную школу, ставшую для них опытом реального коммунизма: здесь ничего не значили деньги и тем страшнее былопереживание зла бескорыстного. Издевательство здесь было ради издевательства, зло здесь было извращенно-бескорыстным, педагогический садизм -- вдвойне гнусным, ибо прикрывался заботой о воспитуемык.

Не все английские частные школы были настолько плохи -здесь Льюису действительно не повезло. Но более всего "не повезло" ему с эпохой, которая вся одновременно и была деспотичной, и мучилась от собственной деспотичности. Это эпоха Фрейда, склонная все сводить к эдипову комплексу, видеть глубинную причину всех неприятностей в любви, которая "со властью соединена".