Но после одной или двух невинных попыток я перестал донимать Роуз расспросами. Ведь даже простой вопрос мог привести её в ярость. Это просто не укладывалось у меня в голове - ведь даже если предположить, что Роуз кого-то убила, вне пределов Соединенных Штатов ей нечего было бояться...

Однажды в Тринидаде я познакомился с отставным военным из Чикаго. Ему было лет сорок пять и он оказался весьма не глуп. Нас сблизила любовь к подводному плаванию. Раз в месяц ему присылали из Чикаго газеты, и у него в бунгало скопилась годовая подшивка. Любое убийство в большом городе газетчики обычно мусолят два-три дня. И сославшись на то, что мне якобы нужно найти результаты одного заезда на бегах, я несколько часов кряду просидел у своего коллеги по плаванию за старыми газетами. Но заработал себе лишь резь в глазах.

Впрочем, не мытьем так катаньем я много чего выудил из Роуз. Иногда я даже задавал ей вопросы напрямик. Когда мы отплыли из Ки-Уэста на Кубу, я спросил у нее:

- Как тебя зовут?

- Я же сказала. Нэнси и...

- Милая, помнишь, я тебе говорил про разрушителей мечты? Нас могут остановить таможенники или береговая охрана - на Кубе или где угодно. У меня все чисто, документы в порядке, и мне хочется, чтобы все так и оставалось.

- А ты не можешь вписать меня как свою жену?

- Конечно, но я же должен знать настоящее имя своей любимой.

- Роуз-Мари Браун.

- Браун, говоришь. Перестань, документы на яхте - единственное, что может...

- Но это правда! Есть люди с фамилией Смит, Джонс и Браун.

- Ну ладно. Теперь ты миссис Мики Уэйлен. Сегодня утром мы поженились в Ки-Уэсте, но оставили свидетельство о браке и прочие бумаги "дома". Я наполовину грек, наполовину португалец. А мой дедушка родом с островов Зеленого Мыса.