– У меня голова не тем занята, – ответила ей Варвара.

– Дети, дети и еще раз дети… А нужно о себе думать… Какой же мужчина к тебе пристанет, если ты не смотришь ни на кого, а в твоей квартире живет твой бывший муж?

– Пусть живет… – отвечала добрая Варя.

Когда же Дмитрий привел к себе новую пассию, совсем молоденькую девочку лет восемнадцати и поселил ее в квартире Варвары, терпению Арины пришел конец. Она даже целую неделю не разговаривала с подругой, но потом поняла, что по-другому та все равно не может. Она сразу представила себе большие, несколько наивные глаза Варвары, честно глядящие на мир.

– В этом нет ничего странного. Мы в разводе, Дима – совершенно свободный человек, и ему необходима личная жизнь.

– Ага! А еще кролики любят размножаться, только не обязательно это делать у тебя в квартире. Хотя… что я на тебя накинулась? У самой личная жизнь не очень устроена, чтобы других учить, – смирилась Арина, снова намекая на своего мужа-домохозяина.

– Юля – очень хорошая девочка, – твердо ответила Варя, имея в виду молоденькую пассию Дмитрия.

– Я не сомневаюсь! – воскликнула Арина, покрываясь пятнами, сразу сворачивая разговор, чтобы не рассвирепеть и не наброситься на подругу с новой силой.

Варвара так и проживала в обычном панельном доме, в трехкомнатной квартире на первом этаже, окнами на безлюдную серую трассу, где машины проносились с бешеной скоростью. Окна, сколько их ни мой, покрывались слоем пыли и гари от автомобилей, и все были забраны чугунными решетками, как это часто делают на первом этаже. В самой маленькой комнате жила мама Вари, в гостиной, которая выполняла еще и функции спальни, проживала она сама, а в дальней комнате жил Дима с Юлей.