- Сюда, - сказала она, открывая дверь позади прилавка. - Вас ждут.

Но Жожо медлил. Вид вьетнамки пробудил в нем вожделение, и он не отрывал от нее взгляда. Лишь повторное приглашение заставило его пройти в заднюю комнату.

Саду встретил его с презрительным снисхождением.

- Садитесь, - сказал он. - Если я все правильно понял, вы должны убрать эту женщину, а в мою задачу входит проследить, чтобы все было сделано как надо?

Жожо молча сел, положив чемоданчик себе на колени. От него исходил такой омерзительный запах, что Саду поморщился.

- Во-первых, - продолжал Митчелл, - мы должны установить, в какой больнице находится эта женщина, на каком этаже и в какой палате. Остальное уже не представляет трудностей. Хотя вполне возможно, что вам придется залезть в палату по стене.

- Это ваше первое дело? - вдруг спросил Жожо. Поскольку Саду ничего не отвечал, он продолжал: - Да? В таком случае ни о чем не волнуйтесь. Так будет лучше. Вы занимайтесь колымагой, а все остальное - мое личное дело. Вам достанется слава, а мне деньги, и все будут довольны.

- Вы не смеете разговаривать со мной подобным тоном! Здесь я распоряжаюсь... И вы будете делать то, что я скажу.

- Саду, умоляю тебя. - Митчелл резко повернулся, услышав ласковый голос женщины. - Саду, мне кажется, что ты должен все предоставить на усмотрение этого человека. У него уже есть опыт подобного рода дел.

Холодно посмотрев на вьетнамку, Жожо поставил чемоданчик на стол, открыл его и достал пистолет с глушителем. Осмотрев оружие, он спрятал пистолет под пиджак.

Увидев, с какой профессиональной уверенностью Жожо обращается с оружием, Саду сразу успокоился.

- Ну а теперь, - сказал Жожо после недолгого молчания, в течение которого он глазами раздевал Жемчужину, - мы отправимся в госпиталь. Наше первое дело, как вы сказали, узнать, где находится интересующее нас лицо. Стемнеет после девяти, так что у нас еще уйма времени. - Он пихнул свой чемодан в угол комнаты и прошел в лавку.