- Порядок! Садись обратно! - крикнул ему Глюкенхауз, также заметивший южноафриканского офицера.

Стив Орбач уселся в машину. Казалось, Ферди некуда было торопиться. Он не воспользовался тем, что движение на какое-то время остановилось, и вновь они оказались отрезанными друг от друга гудящим потоком. Тем не менее, присутствие их коллег успокаивало обоих американцев: те наверняка контролировали ситуацию. Через несколько минут все закончится, и террористы будут обезврежены.

Ферди шел по направлению к светофору на перекрестке. Часы над Недбанком показывали 16.29.

Ферди машинально рассматривал людей, скопившихся на перекрестке в ожидании зеленого света. Мало-помалу атмосфера квартала менялась. Лавочки галереи закрывались одна за другой, гасли огни в окнах внушительных зданий на Чёрч-стрит, где размещались всевозможные фирмы и компании. Все они были похожи друг на друга, одинаково строгие и холодные. Эта часть города возникла недавно. Еще пятнадцать лет назад, когда Претория, столица Южно-Африканской Республики, была тихим городком, этого квартала вообще не существовало. Теперь это был почти крупный город, но правительство переезжало на шесть месяцев в году в Кейптаун, на две тысячи километров южнее, чтобы никому не было обидно.

И все-таки сердце южноафриканца билось немного чаще, чем обычно. Это была первая попытка совершить террористический акт в самом центре Претории. Он, коренной житель столицы, чувствовал себя глубоко уязвленным и никак не мог до конца поверить в возможность подобного акта. Проходившая мимо негритянка толкнула его и улыбнулась вместо извинения. Он посмотрел на часы: 16.30. Еще четыре минуты, и команда разминирования может приниматься за дело. Она должна начать сразу же после ареста террористов. Группа в несколько десятков человек уже развертывалась в торговых галереях и на соседних улицах, чтобы оцепить опасную зону.