Капитализм всегда расширялся, искал новые рынки для всё растущей массы произведенных товаров, искал точки на глобусе, где можно производить товары с минимальными издержками и максимальной прибылью. Нередко он натыкался на естественные ограничения в виде исчерпания ресурсов, к которым относятся и полезные ископаемые, и резервуары дешевой рабочей силы, и сами потребители. (Потребители, их количество и качество, то есть желание потреблять — такой же ресурс, как и все остальные). И все ограничения капитализм до сих пор успешно преодолевал, причем, как правило, за чужой счет.

Напрасно существует мнение, что капитализм предпочитает чисто экономическое принуждение. Не надо предписывать такое милое вегетарианство профессиональному тираннозавру. Например, когда еще собирались средства на проведение индустриализации и осуществлялся переход на товарное производство в сельском хозяйстве, силовое мышление у капиталистов преобладало. Именно поэтому буржуазный гений Кромвель отправлял ирландцев «в ад или Коннаут»; джентльмены с ружьями прочесывали австралийский буш, отстреливая аборигенов как вредных животных; бизнесмены из вест-индской компании торговали неграми, с учетом большой убыли человеческого товара; а ловкие коммерсанты из ост-индской компании тащили всё, что плохо лежит, из дворцов махарадж, доводили до голодной смерти миллионы бенгальских ремесленников и погружали в наркотическую зависимость миллионы китайцев.

Английская промышленная революция отнюдь не случайно совпала с ограблением Индии и опиумными войнами в Китае.

Капитализм шагал по планете, разбивая закрытые общества, выкорчевывая локальные культуры, уничтожая бесперспективных аборигенов, заставляя перспективных туземцев работать на него, вовлекая целину за целиной в хозяйственный оборот, вытравливая религиозные, социальные, сословные, моральные и прочие ограничения на рост капитала…