В трубку, висевшую у нее под подбородком, Эвелин Томсон сказала нежным голоском:

— Что вы желаете?

Из 360-го ответил женский голос. Напряженный, хриплый, истеричный.

— В комнате 316 мертвый человек. Он убит. О, пожалуйста, поскорее.

Раздался сигнал отбоя.

Эвелин выпрямилась и смотрела на коммутаторную доску широко открытыми глазами. Но ведь звонили из комнаты мистера Друда. Из 360-й. Да, она включала штекер в гнездо комнаты № 360. Она все еще смотрела на это гнездо, чтобы окончательно убедиться. Кажется, женщина сказала: "316". Но ведь это был 360-й. Конечно, 360-й. Вероятно, Эвелин просто ослышалась.

Убийство?

Эвелин попробовала снова соединиться с 360-м. Никто не отвечает. Она повернула голову к профилю дежурного портье, дремавшего за столом, и громко прошептала:

— Дик.

Профиль пошевелился, голова клерка лениво повернулась в ее сторону. Соединяясь с другим абонентом, Эвелин рукой подозвала клерка к себе.

В одном из частных кабинетов на столике зазвонил телефон, около которого дремал на диване полностью одетый человек. Звонок телефона медленно возвращал его к жизни.

Оливер Паттон, старший офицер безопасности при отеле "Эдельвейс", спустил с дивана ноги и, протирая глаза, сел. У него был 24-часовой рабочий день, поскольку он, Паттон, — единственный сыщик в отеле. Днем он спал урывками, когда это было возможно, но большую часть ночей, когда его услуги не требовались, он спал напролет. Взглянув на часы, он зевнул и потянулся за трубкой. Это был высокий, начинающий толстеть мужчина. Несколько лет назад он ушел в отставку из полиции, но пенсии едва хватало, чтобы оплачивать счета из госпиталя, где лечилась его жена, и потому приходилось прирабатывать к пенсии.