В качестве основной мысли моего вступления я хотел бы процитировать философа С. Шалкаускиса, который утверждает, что мы, литовцы, являемся нацией, которая никогда не была тем, чем бы могла быть. В 1990 году история в очередной раз подарила нам уникальный шанс для возрождения и национального расцвета, но из–за исторической ошибки, из–за глупых амбиций политиков, провинциальнога невежества и жадности государственных мужей, корчащих из себя аристократов, мы остались окраиной Европы, которую кормят политическим и всяким прочим дурманом, порождающим духовную немощь нации, стали провинцией, в которую без особого труда можно направлять все стоки, уже не очищаемые западным обществом.
Установилась странная двойственность: с одной стороны, современные политики всеми силами, не жалея миллионов, продолжают создавать миф о крепнущем государстве, а с другой, практической стороны, разваливают это государство до самого основания.
ПРИНЮХИВАЕМСЯ
Глас народа — глас Божий. Наконец он услышан. По его воле нас выбрали в Инициативную группу «Саюдиса». После первой разминки и робких речей ни у кого из нас еще нет никакой ясности. По чьему–то замыслу мы должны что–то совершить, что–то улучшить, что–то объяснить народу. Но по какой–то причине эта неопределенность светилась в глазах некоторых членов группы сильным допингом. Поначалу мне показалось, что это опьянение уже не стесненной никакими правилами свободой. Она горячила людям мозг, растворяла ответственность и уважение к иным мнениям. Она была несколько искусственной, требовавшей, чтобы в кармане имелся про пуск, поэтому в наших первых протоколах пестрели только лозунги, клятвы и россыпи романтических обещаний, почему–то называвшихся «мировой практикой». Каждый член группы изо всех сил старался быть увиденным, услышанным, выделенным среди прочих. «Так начинается любой заговор неполноценных деятелей», — записал я тогда в своем дневнике и, как потом оказалось, ничуть не ошибся.