Теперь ее занимали две мысли: успеет ли чиновник очухаться прежде, чем она прибудет в Москву? Если он все же заявит в полицию, то eе могут арестовать прямо в поезде. Какому-то дураку пришло в голову изобрести телеграф!
И второе: сядет ли на поезд Динкевич? А если сядет, то хорошо ли справились со своей задачей Хуня, Михель и те, кого они завербуют для этого дела в Москве?
…Поезд начал притормаживать. Приближался Клин, с которым у нашей дамы были связаны воспоминания бурной юности.
ПЕРВАЯ УЧИТЕЛЬНИЦА
Много лет назад Сонька начинала свою карьеру скромно — она была воровкой «на доверии» в вагонах 3-го класса. Народ кругом простой, пожива невелика: бабы с плачущими детишками, мужики с мешками. Среди этой серой массы Сонька разглядела молодого красивого юнкера.
Фуражка с кокардой, ментики, пуговицы золотом блестят, а рядом с сапогами новенький фибровый чемодан стоит. Естественно, что у Соньки возник к этому чемодану большой интерес. Подошла она к юнкеру, вежливо поклонилась:
— Господин полковник, здесь место не занято? Я не помешаю?
Зарделся юнкер:
— Милости прошу! Позвольте вашу поклажу на крючок повешу. Только должен сказать, что я еще не полковник и вряд ли им теперь буду.
Сели рядышком, разговорились. Юнкеру явно понравилась девушка. Говорит он с ней просто и откровенно:
— Еду я из Санкт-Петербурга в Москву по служебному делу — поступать в Иркутский пехотный полк. Но… давно мечтаю стать артистом. Друг нашей семьи — сам Островский. Так вот, Александр Николаевич говорит: «Миша, у тебя большие задатки, поступай на сцену!»