Но потом я догадался, почему советский герб Москвы так и не добился популярности среди москвичей и прочих граждан СССР. Дело в том, что его центральным элементом (сохранившимся, между прочим, и на чугунных медальонах в ограде Большого Каменного моста через Москву-реку у Дома на набережной) был обелиск Свободы, установленный при Ленине на месте памятника "старорежимному реакционному" Белому генералу Скобелеву на Тверской, впоследствии, при Сталине, снесенный и замененный конной статуей князя Юрия Долгорукого (якобы, «основателя» Москвы). Но это так, к слову…

Из просмотренных мной материалов следствия недвусмысленно явствовало следующее. Прилёт Матиаса Руста в Москву в День Пограничника ни в коей мере не являлся «внезапным» или «неожиданным» для стражей советской границы (как бы ни изощрились западные — а в особенности немецкие СМИ, фактически восхваляя на все лады "19летнего паренька, ухитрившегося преодолеть все препятствия, включая 600 советских истребителей-перехватчиков, ракеты ПВО и мощнейшую в мире радиолокационную систему").

Как только самолётик Руста пересек финляндско-советскую границу у эстонского города Кохтла-Ярве, он тут же был засечён. С этого момента его аккуратно «передавали» с одного пункта наземного слежения другому. Все утверждения о том, что он, якобы, "уходил от радиолокаторов, пользуясь крайне малыми размерами своего самолетика, летя почти вплотную к земле, прижимаясь к рельефу местности" и т. д., абсолютно не соответствуют фактам.

При желании самолетик Руста можно было запросто сбить (а если предположить, что данный вариант представлялся нежелательным из-за ассоциаций со сбитым в догорбачевскую эпоху южнокорейским пассажирским лайнером, то Руста можно было бы шутя заставить совершить посадку, «прижав» его сверху военным вертолетом). Несколько раз советские истребители подлетали к самолету Руста.