- Нет, это мое имя...

- Вы из Синегорья?

- Да, я там жил до десяти лет. Потом мы уехали...

- Вы не уехали, вас выселили фашисты, - нахмурилась девушка. - Они тогда всех выселяли... Нашу семью тоже схватили. Меня, сестер, бабушку... Бабушка была, правда, в лесу; фашисты стали кричать, чтобы все выходили... Бабушка вышла, а матери выходить запретила. Так нас с бабушкой и увезли в неметчину. Я кораблей боялась. Говорили, что всех на корабль посадят и увезут за море... А вы, говорят, бежали?

- Два раза убегали... На латвийской границе.

- Меня Зиной зовут. Я из Усадина. Вы со мной дружили, приходили к нам... Недавно я в Синегорье вас видела, шли с автобуса...

Зина открыто улыбнулась, я попросил ее перейти на "ты".

К Зине пробился парень, пригласил на танец, но девушка мотнула головой, хмуро глянула, и парень отошел. Я поискал глазами друзей, они были рядом...

- Аида гулять, - предложила Зина.

Я помнил Зину так, как помнил себя. Тоненькую, смуглую, с тяжелыми черными косами. Помнил, как ходили с ней за малиной и Зина испугалась змеи. Я выломил прут, в ярости застегал гада. Мы дружили, и я готов был умереть за свою подружку. Мальчишки боялись толкать ее на зимней горе, потому что сразу начиналась драка... В бору я бросился бы с палкой на волка, если бы он вдруг напугал Зину. В грозу, когда мы спрятались под копной сена, Зина в страхе прижималась ко мне. Мы даже целовались в окопе на берегу озера...

Но девочки больше не было, рядом со мной шла девушка.

Я растерялся, не зная, как вести себя и что говорить...

- У тебя каникулы? - весело спросила Зина.

- Нет, практика...

- А у меня каникулы...

Оказалось, что Зина учится в Ленинграде, в Порхове гостит у подруги и вскоре снова поедет в деревню к матери.

- И зимой приезжала... С лыжами, я в лыжной секции, первый разряд, скоро кандидатом в мастера буду...

- Здорово! - вырвалось у меня.