ЖЖ не заменил старые формы публичного общения, но явно повлиял на них. Важно, что диалог двух всегда потенциально известен многим. Спорят двое — читают многие. Не всегда известно (и даже чаще не известно), кто именно читает. Как выразился один из завсегдатаев ЖЖ, “жаль, что здесь нельзя, как в библиотеке, взять написанную тобой книжку и посмотреть по формуляру, кто ее брал”. Но все же круг читающих (а публичная сфера — это всегда какой-то круг, публика определенного типа, это сеть знакомств, которая может быть шире или уже, плотнее или реже) реально ограничен: ограничен социальной средой. Анонимность каждого — и авторов, и читателей — здесь условна, и только новички, которыми сеть постоянно обрастает, ведутся на бонусы этой анонимности.

В ЖЖ как в “свободных СМИ” ограничений сверху и входных барьеров нет: тематику задает рынок, — только не экономического, а интеллектуального или культурного капитала в данном случае. Попасть же в струю и оказаться ньюсмейкером потенциально может любой, кто внимателен и способен учиться. Здесь из кожи вон лезут, чтобы доказать свою компетентность в сфере высоких материй (особенно в цене какое-то время были “дискурсы” и семиотика).

Микрофон

Пока в России существуют профессии, личный авторитет в которых определяется успехом у образованной публики, а не только внутри узкого профессионального сообщества, будут востребованы технологии, позволяющие осуществлять публичный диалог. Предельный случай — это, конечно, профессии, прямо предполагающие влияние на эту публику. Не случайно в ЖЖ лучше, чем где-либо представлены многочисленные молодежные политические движения: здесь они вербуют новых членов, а создавать свои сети внутри других, уже готовых сетей намного легче (ну или еще они могут просто радоваться своей символической представленности в обществе). Ведь большинство молодых не ходят на выборы, не смотрят программу Николая Сванидзе и телевидение вообще, но собственные мысли, реакции на происходящее в обществе у них тоже есть, — нужна альтернативная трибуна или хотя бы микрофон.