Во французских и итальянских колониях антисемитизм существовал не только среди поселенцев, но и среди части мусульманской интеллигенции. Нацистская пропаганда обещала колониальным народам освобождение. И действительно, во многом пассивный режим Виши, а затем последовавшая нацистская оккупация принесли некоторое облегчение арабам. Во французской армии воевало 90 000 арабов–мусульман из Алжира, 18 тысяч из Марокко и 12 тысяч из Туниса. Немецкие власти сначала выделили для них отдельные лагеря, где мусульмане получали халильную пищу, арабские новости и досуг. В 1942 году немецкое командование решило, что лучший путь завоевать симпатии мусульманских военнопленных – это распустить их по домам. Интересно, что похожие сантименты с удивлением обнаружил Сатлофф и у евреев – выходцев из Северной Африки. Их не включили в нарратив Холокоста, и они выработали свой вариант мифа о счастливом прошлом. «При немцах было лучше, чем при французах», – рассказывали ему. Мне тоже приходилось слышать подобное. Мени Сабан из Беер–Шевы, взятый во время немецкой оккупации в трудовой лагерь, говорил мне, что приходилось тяжело работать, но немцы были справедливыми и порядочными. И, разумеется, фраза о том, что «при немцах был порядок» повторяется в свидетельствах, собранных Сатлоффом, и в рассказах, слышанных мной.