Производство, освобожденное от ненадежного и дорогостоящего человеческого элемента, стало эволюционировать с колоссальной скоростью, производя все больше деталей, и строя из нее все более мощные производства, производящие еще больше деталей.

Роботизированная конвейерная цивилизация, нуждаясь (пока) в некоторых функциях людей, вынудила их обслуживать себя. Если вернуться к муравьиной аналогии, то люди превращаются во второстепенную расу (так в муравейниках есть жучки-симбионты, вырабатывающие особые химические вещества). Роль муравьев переходит к роботам.

При всем обилии товаров, потребляемых людьми, сам конвейер потребляет гораздо больше ресурсов, чем люди. Глобальный конвейер работает для своего воспроизводства, а для поддержания симбиоза, сбрасывает людям побочные продукты своей деятельности.

Людям следует все это потреблять и обслуживать конвейер. Больше ни для чего люди не нужны. Чтобы психологически примирить людей с этой ситуацией, человеческие ресурсы, освободившиеся в ходе роботизации глобального конвейера, брошены в сферу сбыта.

Навязчивый маркетинг товаров, услуг, стиля жизни, политики, предметов культуры и искусства, необходим, чтобы синхронизировать деятельность людей с работой конвейера.

5. Эволюция и конвейер. Две стратегии самосохранения

Любая потенциально-вечная эволюционирующая система (биологическая популяция или техногенный саморегулирующийся конвейер) стремится к сохранению своей структуры.

В зависимости от характера среды, самосохранение имеет разные базовые стратегии.

(1) Если это — одна из систем, находящаяся в конкуренции с аналогичными системами в общей среде с ограниченным потоком ресурса (биологическая популяция в биосфере, полис или государство в геополитическом пространстве, фирма в экономическом пространстве свободного рынка) — то эволюция означает прогресс. Система каждый раз жертвует какими-то особенностями своей структуры, меняет их на другие, чтобы сохранить то, что может быть сохранено без риска поражения и гибели.