Могу — слом, чемодан — сдвиг. Львы — сдвиг (ваимствованный Пушкиным у Жуковского?!)

…от Каспия до Нила (Шагинян)

Данила — сдвиг.

В лицо Москвы на мой народ… В седом Кремле, где инок истов… (— все дома инокисты?) Их много лет с'едали моль и музы… (О. Герман «Стихи о Москве»)

— мрачные сдвиги покойника-юмориста (Эм. Герман, он же Эмиль Кроткий) задавленного и с'еденного молимузами (автомобилем? лимузином?),

И вот над гробом неосторожной жертвы коварных сдвигов; —

Гудят соборы — звоны сея.

Теперь Шагинян может воскликнуть его же словами:

Я — как и ты. Сильней, чем смерч, он Моих стихов чернильный шквал!..

Бедный смерчонный труженик!..

Из истории сдвига

 Глухие певцы

Что символисты потеряятт голос и выдохлись — это заметили даже… «Литературные записки», называя Брюсова, потерявшим голос премьером, а Горнфельд там же замечает, что Андрей Белый подпал в лирике под влияние футуристов (это же в свое время заметил у Кузьмина Свентицкий, а у Пильняка — Львов-Рогачевский). Что Брюсов потерял голос, это не совсем точно, вернее сказать — он никогда не имел его.

Вот что Брюсов пишет теперь:

«Дали» 1922 г.

Ей в грядущие ль дни, в Илион ли ей

— строчка совершенно не выговариваемая, попробуйте произнести ее залпом!?

У Брюсова симптоматично заплетается язык:



13 из 73