Абсурдность и чудовищность обвинений повергли Евгения в транс. Он мотал головой из стороны в сторону и не мог подобрать слова для возражений.

— Какая пуля… какое убийство… — выдавил, наконец, он.

— Не косите под идиота. Мы Достоевского проходили, — строго предупредил Смеян. — Месяц назад Артем, предчувствуя свою гибель, спросил меня, что я буду делать, если его убьют. Я не раздумывая поклялся, что найду и уничтожу убийцу. И поверь мне, парень, так и будет!

Угроза начальника службы безопасности подействовала. Евгений напрягся и, ощутив себя на краю пропасти, взорвался:

— Не смейте меня обвинять! Артем во мне не сомневался!

— А я, представь, сомневаюсь! — Смеян намеренно перешел на ты, демонстрируя полное презрение к обвиняемому.

— Это же случайное совпадение. С таким же успехом на моем месте мог оказаться кто угодно.

— Но оказался ты. Для возбуждения уголовного дела мотивов достаточно. Так что уже нынешнюю ночь тебе придется провести на нарах. Вернее, у параши, поскольку все камеры в СИЗО переполнены.

Такая перспектива окончательно подкосила Евгения. Он вскочил и, нервно дергая руками, рванулся к столу. Смеян спокойно наблюдал за истерикой. Не встречая сопротивления, Евгений схватил со стола массивную хрустальную пепельницу, замахнулся ею и в ту же секунду испугался собственной ярости.

— Поставь на место, — приказал Смеян. — И учти, у тебя еще есть шанс облегчить собственную участь. Твоя роль в подготовке покушения ясна и не интересна. Мне нужно выйти на заказчика. И ты поможешь в этом.

— Не знаю я никакого заказчика! — Евгений все еще держал пепельницу над головой Смеяна. — Спросите у Ариадны Васильевны! Мы знакомы с пятого класса. Никакого отношения к бандитским разборкам я не имею. Позвоните в «Главцемент», там вам все про меня расскажут.

— Оставь пепельницу в покое. Твоя биография никого не интересует. Она закончилась вместе с гибелью Артема. Ты влип в историю, из которой не выпутаешься. Кишка тонка. Успокойся и начни крутить интеллигентными мозгами.