И не только потому, что по-прежнему много времени и сил отнимали служба и научные разыскания. П. И. Мельников никогда не занимался только каким-то одним делом, он постоянно совмещал один род работы с другой, но теперь литературная работа потребовала бы совсем иной раздвоенности — внутренней. Если мы возьмем его «Отчет о современном состоянии раскола в Нижегородской губернии» за 1854 год, подготовленный для министра внутренних дел, то увидим, какую высокую степень правдивости мог себе позволить чиновник П. Мельников, писавший министру:

«Может ли народ с уважением смотреть на духовенство, может ли он не уклоняться в раскол, когда то и дело слышит он, как один поп, исповедуя умирающего, украл у него из-под подушки деньги, как другого народ вытащил из непотребного дома, как третий окрестил собаку?..

Может ли народ уважать духовенство, когда видит, что правда совсем исчезла в нем, а потворство консисторий, руководимых не регламентами, а кумовством и взятками, истребляет в нем и последние остатки правды?

Скорее злобные насмешки раскольников над… духовенством можно назвать мелочами, чем эти незлобливые насмешки над ним православных, доказывающие, что пастыри наши народом не уважаются».

Такую степень обличения тогда не мог себе позволить ни один писатель, в том числе и писатель Андрей Печерский, но вот чиновник П. И. Мельников в своих служебных отчетах, которые вынуждены были читать высокопоставленные лица, опираясь на факты реальной жизни, мог говорить горькую, ничем не прикрашенную правду. Однако к этому времени «служебная гласность», видимо, уже не удовлетворяла автора «Красильниковых», во всяком случае, как только в общественной жизни (после смерти Николая I) наступила оттепель, он быстро выдвигается в ряд очень заметных фигур отечественной литературы. В 1857 году в «Русском вестнике» один за другим печатаются его рассказы: «Старые годы», «Дедушка Поликарп», «Поярков», «Медвежий угол», «Непременный».