Продолжая шарить по карманам, Бойцов выкрикнул:

– Да!

Седобородый предупредил:

– Тогда поторопись. Нам пора отправляться. К ночи погода испортится. Мои люди устали и не хотят мокнуть под дождем. Мы не станем задерживаться из-за этих ублюдков.

Ладонь капитана скользнула под «разгрузку» в нагрудный карман куртки:

– Хорошо, хорошо, – быстро произнес Бойцов, опасаясь, что седобородый передумает.

– Не понимаю, зачем тебе этот сопляк? – Внезапно лицо седобородого озарила догадка: – Ты любишь юношей?

Бойцов оглянулся:

– Да нет…

Никто из его спецназовцев даже не улыбнулся, потому что смысл фразы, произнесенной на фарси, остался непонятым. Только Шваб, поправив ремень автомата, недоверчиво переспросил:

– Чего этот бабай матом кроет?

– А-а, – отмахнулся командир, давая понять, что переговоры проходят нормально.

Неожиданно ладонь капитана нащупала продолговатый холодный предмет.

Обхватив его пальцами, Бойцов достал из кармана вещицу, которая могла заинтересовать полевого командира. Спецназовец сделал серьезную мину, поднес сжатый кулак почти к самому носу седобородого, после чего разжал пальцы.

С нарочитой небрежностью в голосе Бойцов произнес:

– Вот, Амманулла, что я предлагаю тебе за жизнь этого паршивца.

Афганец привстал, стараясь рассмотреть предмет. Увидав его, Амманулла поцокал языком. Затем осторожно, двумя пальцами, он взял предмет, поднес к глазам, расплылся в улыбке и принялся разбираться с подарком. Бойцов улыбнулся, поняв, что попал в цель.

Предметом был складной нож американских рейнджеров. Его в качестве трофея капитан спецназовцев заполучил в Чечне. Нож нашли у одного из наемников, ликвидированных при попытке перейти административную границу республики со стороны Дагестана. Банда напоролась на засаду, организованную группой Бойцова. При досмотре трупов эту вещицу вместе со спальными мешками на гагачьем пуху австрийского производства и еще несколькими необходимыми в горах предметами припрятал спецназовец по кличке Кэмел.