Полагаю, что в грядущих дискуссиях важное место займет вопрос и о последних годах сознательной жизни В. Ленина. Речь идет о судьбах НЭПа при условии продолжения жизни Ленина, скажем, в течение еще 10-15 лет, о судьбах страны, о судьбах так называемого ленинизма.
В какой-то мере эти вопросы навеяны книгой Савелия Дудакова. Конечно, нам скажут, что история чужда сослагательного наклонения. Однако мы против абсолютизации этого принципа, хотя понятно, что, нарушая его, мы вступаем в царство знания относительного, точно недоказуемого. И все же история не должна уходить от такого знания, покидать поле научных рассуждений, предположений и вероятностных заключений и выводов.
Нам кажется уместным ввести высказывание Ф. Энгельса. «Люди, – писал он, – хвалившиеся тем, что сделали революцию, всегда убеждались на другой день, что они не знали, что сделали, что сделанная революция совсем непохожа на ту, которую они хотели сделать. Это то, что Гегель называл иронией истории, которой избежали немногие исторические деятели». (К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, т.36, с.263) Конечно, не следуют принимать это высказывание буквально: все дело не в букве, а в мысли. А она достаточно глубока и несомненно реальна. Политические деятели могут прийти к подобному убеждению вовсе не обязательно «завтра», необходимо другое временное восприятие. Представляется, что в последние годы жизни Ленин стал подпадать под действие ситуации, которую обрисовал Ф. Энгельс; во всяком случае, имеется в виду самый дух этой ситуации.
Естественно, проблема эта не изучалась и не могла изучаться в советское время. С.
Дудаков в своей книге не рассматривает ее специально. В письме ко мне от 16 мая 2005 года он все же писал: «Этот человек был способен признаваться в своих ошибках и заблуждениях (однако это стоило ему довольно дорого – А.Ч.) Думаю, что НЭП был рассчитан не на одно десятилетие. Отменить продразверстку еще в 1919 году предлагал Троцкий. Ленин был категорически против. Поворот к НЭПу был произведен через год под грохот кронштадтского восстания и в «атмосфере угрожающих настроений армии» (см. Л. Д. Троцкий. Моя жизнь. Опыт биографии, т.2, Берлин, 1930, с.168).