Под его началом оказались наш 176-й гвардейский Проскуровский полк и Иван Никитович.
В 1950 году Кожедуб с супругой отдыхает в санатории в Кисловодске. Далее по памяти воспроизвожу его рассказ.
«Поздно ночью стук в дверь. Открываю. Передо мной васильковая фуражка сотрудника госбезопасности.
— Товарищ Кожедуб! Следуйте за мной.
Оделся, вышел. У подъезда машина. В ней вторая васильковая фуражка. Сидя между ними, спрашиваю:
— Братцы, за что?
Они молчат. Едем. Подъезжаем к зданию горкома. Ага! Значит, не в тюрьму. Уже легче. Входим в кабинет первого секретаря.
— Кожедуб доставлен, — рапортует фуражка.
— Вас к правительственной связи, — обращаясь ко мне, говорит секретарь.
В телефонной трубке голос Васи:
— Ваня!.. — Длинная матерная тирада! — Есть работа. — Еще тирада. — Немедленно вылетай в Москву! Чтобы завтра был у меня!
Так состоялось мое назначение командиром дивизии в Корею».
Что сказать об этом эпизоде? Конечно, полковник Кожедуб по правилам субординации мог послать васильковую фуражку в звании капитана достаточно далеко, но советский человек того времени знал, что означают цвета фуражек.
Вызывая на связь столь хамским образом трижды Героя Советского Союза, Вася, вероятно, подражал отцу, который считал необходимым держать окружающих в напряжении и трепете.
Иван Никитович успешно командовал дивизией в корейской войне, затем занимал ряд высоких командных должностей.
В 1990 году ему исполнилось 70 лет и вскоре он умер. Долгожители в нашем поколении встречаются редко.