Дальше следует повествование об «умершем на ходу человеке». Это Платон Еремин, часовых дел подмастерье.
Детство. Отец Платона, вахмистр, – драчун и деспот. Мальчик забит, робок, но шаловлив. То прижжет каленым железом язык снегирю – любимцу отца, то вымажет патокой портрет царя. «Черт дурацкий!» – ругается вахмистр.
Он отдает сына на выучку часовщику Ананию. Ананий занят не столько своим ремеслом, сколько рассуждениями о высших материях: что есть факт, где в факте логика? Впрочем, вежлив и обходителен: Платон подрастает, работает исправно, но нет-нет да и вспомнит прежние забавы. Напоил раз уток водкой, утки подохли.
Ананий философствует:
– Если ты сделал это намеренно – это, брат, плохо: утки тоже не хотят умирать.
Платон не только баловник, но и герой: спас соседнюю горничную от огня во время пожара, ввязался в чужую драку и побил незнакомого человека палкой по голове.
Платону скучно. Он решает, что главное в жизни – это все делать необыкновенно, не так, как другие. С ним кокетничает барышня-телефонистка. Здоровается ежедневно: «Алло, Еремин!»
– Позвольте представиться, Платон Бочкинс!
– Что такое?
– Бочкинс, эксцентрик – это я!
– Кажется, вы становитесь нахалом! – удивляется барышня.
Товарищи тоже находят, что Еремин зашел слишком далеко.
– Аристократа гнет из себя!
Ананий-часовщик умирает. Платон ночью сочиняет стишки. За стеной спят две старухи, приехавшие за наследством.
Вдруг дверь скрипит и просовывается голова одной из старух.
– Вы, молодой человек, напрасно сопите…
– Как?
– Так. Вы сопите совершенно напрасно: все сосчитано и записано.