Проводив помощника, Войченко вернулся в кабинет. Помощник дежурного по части внес чашки кофе.

Петров же вышел из штаба. Прошел по аллее, ведущей к расположению штаба мотострелкового батальона, остановился у куста, нависшего над скамейкой, огляделся. Не заметив никого, извлек из кармана небольшую по размерам, но мощную станцию спутниковой связи:

— Шамиль? Крот на связи! Главарь центра террористических группировок на территории Северного Кавказа ответил немедленно:

— Слушаю!

— Шамиль! Я насчет колонны!

— Говори!

— По ней принимаются усиленные меры обеспечения безопасности предстоящего марша!

— В чем они заключаются?

Капитан Петров разъяснил ситуацию главарю чеченских бандформирований. Тот, выслушав предателя, задумчиво спросил:

— Возможно то, что ваш начальник колонны каким-то образом «получил» информацию о засаде на серпантине? — И тут же сам ответил: — Исключено! В этом случае командование русских предприняло бы контрудар, а не занялось страховкой!

Петров спросил:

— Что делать мне, Шамиль?

— То, что тебе приказал командир! Приказы всегда надо выполнять! Это закон! Об остальном позабочусь я сам. Благодарю за сообщение, конец связи!

Помощник заместителя начальника базы материально-технического снабжения войск федерального командования отключил спутниковую станцию, вновь огляделся и, убедившись в том, что его никто не видел, поспешил к штабу отдельного мотострелкового батальона. Шамиль прав — приказ начальника надо выполнять. Кто бы ни являлся начальником и каким бы ни был приказ. Естественно, при условии, что исполнение данного приказа не угрожает его жизни. Предатель привык, чтобы его «служба» приносила деньги, а не неприятности.

Проведя собственный инструктаж водителей и бойцов отделения боевого охранения, капитан Головачев занял место в переднем «КамАЗе» и ровно в 8.00 отдал приказ о начале движения, сообщив об этом дежурному по базе.