— Ну, — задумчиво сказала она наконец, — спасибо вам обоим...

У Томаса, как всегда, на лице было написано, что он готов не только возить ее на скачки, но и умереть ради нее, если понадобится. Пока же он просто подошел к парадной двери дома принцессы и отпер ее своим ключом.

Мы с ней вошли в дом, оставив Томаса отгонять машину в гараж. По широкой лестнице поднялись на второй этаж. На первом этаже большого старого дома находились кабинеты, комнаты для гостей, библиотека и малая столовая.

Принцесса с мужем жили в основном наверху. На втором этаже находились гостиная, комната для отдыха и парадная столовая, а на третьем, четвертом и пятом — спальни. Прислуга жила в цокольном этаже. В доме был лифт, устроенный сравнительно недавно для месье де Бреску с его коляской.

— Подождите, пожалуйста, в той комнате, — сказала принцесса. — Напитки в баре. Если хотите чаю, позвоните Даусону...

С ее губ автоматически срывались светские фразы, но глаза по-прежнему смотрели сквозь меня, и вид у нее был усталый.

— Да-да, не беспокойтесь, — сказал я.

— Боюсь, я задержусь надолго...

— Ничего, я подожду.

Она кивнула и ушла по такой же широкой лестнице на третий этаж. У нее и ее мужа были там свои отдельные апартаменты, и Ролан де Бреску проводил там большую часть своего времени. Я никогда не бывал наверху, но, по словам Даниэль, комнаты де Бреску представляли собой нечто вроде небольшой больницы. Помимо его спальни и гостиной, там был еще физиотерапевтический кабинет и комната для санитара.

— А что с ним? — спросил я однажды.

— Какой-то жуткий вирус. Какой — точно не знаю, но не полиомиелит.

Несколько лет назад, уже довольно давно, ему попросту отказали ноги. Они это не обсуждают, а спрашивать неудобно, ты ведь знаешь, какие они.