- Как вы догадались, что это я?

- Моя маленькая приятельница нашла вас. Я сказал ей, что должен встретиться с молодой леди, которая знает фей, и она тут же указала мне на вас. Но я узнал вас еще раньше...

Гертруда Томсон вспоминает и другой эпизод, недвусмысленно демонстрирующий настороженное отношение общества к дружбам такого рода:

Однажды за меня взялась приятельница мистера Доджсона - добрая женщина весьма практического склада, вся опутанная правилами приличия.

Мы [с Кэрроллом] провели утро у нее в доме, делая зарисовки с ее детей. <...> Он ушел еще до ланча, и, когда трапеза была завершена, хозяйка отослала детей и уселась передо мной с шитьем.

- Я слышала, позавчера вы провели день в Оксфорде, у мистера Доджсона.

- Да, и это был очень приятный день.

- Такие вещи не очень приняты...

- Мы оба часто делаем то, что не принято.

- Мистера Доджсона нельзя назвать дамским угодником.

- Иначе он не был бы моим другом.

- Он - убежденный холостяк.

- А я - убежденная холостячка, кроме того, по возрасту он годится мне в отцы!

Мгновенье она пристально глядела на меня, потом сказала:

- Я объясню вам, в чем дело. Мистер Доджсон не думает о вас как о молодой даме. Вы для него скорее - взрослый ребенок.

Я весело рассмеялась.

- Я не возражаю, чтобы он считал меня своей прабабушкой, лишь бы приглашал иногда в Оксфорд!

Но я была глубоко задета. Наша чистая и прекрасная дружба была, казалось, омрачена грубым прикосновением[14].

Вместе с Гертрудой Томсон Кэрролл часто работал над портретами детей в том числе обнаженных девочек. В викторианской Англии все еще господствовало представление о ребенке, унаследованное от предромантиков и романтиков - Блейка, Вордсворта, Колриджа. Образ девочки воплощал для викторианцев чистоту и невинность, красота детского тела воспринималась как асексуальная, божественная, изображения обнаженных детей были весьма обычны для того времени.