Бальдерон прошел сразу же к терминалу компании "Истерн". Пассажиры только начали входить в здание. "Инстинкты, заявил Порточи. Ха-ха! Уж чего-чего, а интуиции у меня хоть отбавляй, даже сравнивать нечего с этим выскочкой Джонни Порточи. Тот вошел в дело, когда все катилось легко и весело. А любой старый ветеран, как Вин Бальдерон, к примеру, крутился в трудные далекие времена, и он уж знает кое-что об инстинктах".

Вин расположился в узком проходе так, чтобы каждый прибывший пассажир не смог пройти незамеченным. Потом достал фотокамеру. Вспышка камеры будет сигналом: любой пассажир, освещенный вспышкой Вина, будет потом допрошен в одном из уединенных помещений аэропорта людьми Бальдерона с фальшивыми удостоверениями сотрудников таможни. Никакая стрельба здесь, в помещении аэропорта, нежелательна. "Майами интернэшнл" и так уж на плохом счету: проклятое ФБР разрушило так удачно начавшую было складываться систему управления перемещением грузов. Да и сейчас точно нельзя сказать, сколько у ФБР здесь секретных помещений и сотрудников.

Первой мимо Бальдерона прошла группа оживленно болтающих девушек. Мафиози даже не взглянул на них. Потом прошли две пожилые пары. Среди пассажиров он искал глазами одиноких. У парней были волосы до плеч и бороды. Разноцветные повязки мелькали на руках и ногах. Некоторые были босы, другие же обуты в высокие индейские сапоги или мокасины. Бальдерон вдруг ощутил смутное чувство опасности. Он быстро поднял камеру и встал на пути группы.

Бородатый парень мгновенно заметил Бальдерона, вышел из толпы и закрыл рукой линзы камеры.

- Мир, брат, - произнес мягким голосом, - где это написано, чтобы крутые музыканты позволяли себя фотографировать бесплатно в любом аэропорту?

Движение замедлилось, и сзади уже раздавались возмущенные возгласы. Бальдерон постарался скрыть свое раздражение, оглядел юношу и улыбнулся.

- Почему бы вам не сфотографироваться для прессы? Появитесь на обложке "Ньюсуик".