Нет, конечно же, знаком я с ним не был: заокеанские вояжи для отечественного фантаста ненамного осуществимее экспедиций на Марс; Рейнольде же хотя и посещал Россию, но — в оттепельные годы, когда я едва-едва написал свой первый рассказ, до опубликования которого должно было пройти еще шесть лет…

И все-таки есть в этих, в заголовок предисловия вынесенных словах правда — не зря же они так естественно укладываются в знакомую с детства пушкинскую строку — ложатся, хотя родился Мак Рейнольде отнюдь не «на брегах Невы» (это оказалось как раз моим уделом), а подле вод озера Тулара, в маленьком калифорнийском городке Коркоран. Произошло это событие в 1917 году — почти семь десятилетий спустя после того как в здешних краях обосновались его предки, золотоискатели призыва того самого 1849 года, когда открытие золотоносных месторождений в Калифорнии и вспыхнувшая вслед за тем золотая лихорадка заставили многих обитателей давно обжитого Восточного побережья или обживаемого Среднего Запада сняться с места и «как аргонавты в старину, покинув отчий дом» ринуться на самый юг Западного Побережья. Правда, разбогатеть в одночасье предкам Рейнольдса не удалось, однако и полного разорения и отчаяния — участи большинства золотоискателей — они также избежали. И тяги вернуться к ларам и пенатам также не испытывали — обетованная калифорнийская земля накрепко привязала их к себе.

Здесь, в Коркоране, юный Даллас Мак-Корд Рейнольде — таково полное имя будущего фантаста — окончил школу. Вопрос, чем заниматься дальше, не стоял: человеку, живущему в Калифорнии, всего-навсего в каких-то ста двадцати километрах от Тихого океана, и наделенному к тому же хоть мало-мальски развитым воображением, трудно не ощутить зова дальних морей. Конечно, для большинства этот звук остается лишь романтическим «раковины пеньем» отроческих лет — мотивом, уже в юные годы постепенно стихающим, а к зрелости и вовсе остающимся лишь смутным воспоминанием о грезах подростковых времен.