Затем… Ответной стрельбой противник нанёс материальный ущерб нашей стороне, как-то: прострелена дверца у автомобиля типа «лендровер» в трех местах. Там еще поцарапано, но это ладно, сами закрасим. Ещё одна пуля неизвестного происхождения пробила навылет лобовое и заднее стекло. У того же «лендровера», про который я уже говорил… Кстати, анекдот мне рассказывали. Это для разрядки, а то ты больно невеселый стал. Один грузин другому хвастает. Мол, джип купил. Тот спрашивает: «чероки»? Нет, говорит, узкий. — И сам же засмеялся, обнажив щербатый рот. Альча хмыкнул. Клиент хранил недовольное молчание. Только хмурился.

— Не понял, что ли? — спросил Леха. — Этот говорит: «чероки», а этот — «нет, узкий»!

— Я этот анекдот в пятом классе проходил, — буркнул клиент.

— Ну, это ты врёшь! — сказал Леха. — При коммунистах мы про такие машины знать не знали. Верно я говорю? — Он подмигнул Альче.

— Кто как, — пожал плечами Альча.

— Ну да, ну да, — пробормотал Леха, свирепо глядя на него. — Вы тут в Москве, может, и слыхали. А мы в нашей деревне только зиловские пятитонки и видели. Так вот я про джип «чероки», чтобы не забыть. Тоже, понимаешь, понесли урон. Два колеса прострелены и капот. Менять надо? Надо. А сколько это на сегодняшний день стоит? Кто-нибудь задумался? В таких машинах куда теперь поедешь? Первый же мент остановит. Доказывай ему потом…

— А что, приходилось? — поинтересовался Альча.

— Вопрос, как ты понимаешь, не в этом, — сказал Леха. — Вопрос, как всегда, в другом. Кто будет платить и кто будет делать. А делать всегда найдется кому, лишь бы платили. А работать ремонтникам, как и хирургу, придется в обстановке повышенной секретности. То есть опять же за секретность плати. Понял теперь? Стволы еще бы поменять. Поскольку эти уже замазанные…

— Но мы, кажется, договаривались… — подал голос клиент. — Я и так вам за все заплатил. За вашу крышу…

— Опять ты не понял! — покрутил головой Леха. — Ты, милый, заплатил за то, что мы согласились тебя охранять.