— Да погоди, не уезжай! — снова крикнул ему Лёха. — Мои ребята тебя проводят. Давай, Волоха, чего смотришь? Проводи клиента. Ты мне теперь за него лично ответишь, понял, нет?

Наконец он отошёл от окна, обессиленно опустившись на заскрипевший старый стул.

— Видал, да? За всеми догляд нужен! Никто ведь не почешется, пока сам не сделаешь. Правильно говорю?

— Слушай, а ты не боишься: вот так, при народе, орёшь на всю улицу? — спросил Альча. — Ведь все уже небось знают, что у тебя тут делается…

— Привыкли! — беспечно отмахнулся Лёха. — Знают, что и дом, и весь квартал под моей охраной. Ментам делать нечего. Я тут как крёстный отец. — Он самодовольно подмигнул гостю. — Всем защита. Менты от начальства благодарности имеют за порядок на вверенном участке. И потому в рот мне смотрят… Чуть что, все вопросы — ко мне. Если кто кого обидел… Там, где я живу, все должно быть тихо! И ты заруби это себе на носу, понял, нет?

Альча пожал плечами. Подумав, снова налил себе и Лёхе.

— За будущее сотрудничество!

Лёха деловито нахмурился, отставив стакан.

— Замочить, что ли, кого надо? Только учти. Говорил уже. Я для тебя могу и бесплатно, только скажи. Вернее, покажи мне этого человека. Но только если мне он понравится — извини! Вот есть один, народные песни поет и романсы. Иной раз прямо до слёз! Вот его — никогда, хоть озолоти! Пальцем не трону. И другим не позволю. А у тебя в твоей тусовке есть такие… Опять же баб не трогаю. Только руками. Ну, ты понял, да?

Альча молча протянул ему визитную карточку и фотографию.

— Этого? Хлестов Игорь Андреевич. Проживает там-то. Этого можно. По роже вижу… Он тебя, что ли, посадил? Рассказывал, припоминаю.

— Он самый, — сказал Альча. — К тому же — конкурент. Путается под ногами… Срок до послезавтра… Короче, надо быть на одном приеме по важному делу, но чтобы его там не было.

— Об исполнении доложить? — полушутливо-полусерьёзно спросил Леха.