Карл рывком приподнялся с ночного ложа. Женщина отшатнулась.

— Ты кто!? — рявкнул Карл.

Женщина испуганно отступила на пару шагов и заплакала.

— Совсем с ума сошел!? Уже не помнишь, как собственную жену зовут! — начала рыдать она. — Что с тобой происходит, Кайл?

«Кайл!?» — молнией пронеслось в голове Карла. «Кажется, я схожу с ума! Только этого не хватало!».

Женщина продолжала верещать своим визгливым, противным голосом что-то о пьянстве и распутстве ее мужа, о несчастных детях, о долгах соседям… Карл почти не слушал. С изумлением и страхом он оглядывался по сторонам. Комната была ему незнакома.

Убогая обстановка производила удручающее впечатление. Здесь явно жил художник, явно в нищете и явно быстрыми темпами пропивал свой талант. Неблагополучие просто бросалось в глаза.

— Как тебя зовут… несчастная? — тихо спросил Карл.

— Ливия. — плача, ответила женщина. В ее огромных, почти «самойловских» глазах, пульсировало неподдельное горе.

«Карл и Юлия… Кайл и Ливия… Ничего себе, шуточки!» — почему-то пронеслось в голове художника.

Он рывком поднялся с постели и направился к окну, чтоб глотнуть свежего воздуха. В комнате отвратительно пахло серой.

Карл подошел к окну, поднял глаза и… застыл от ужаса!!!

Перед его взором, вдали возвышался Везувий! Но без кратера!!!

На месте привычного углубления возвышалась вершина горы.

Стало быть, никакого извержения еще не было!? Стало быть, он, в самом деле, каким-то неведомым образом переместился в Помпеи!? Стало быть, алый камень… Стало быть, его легкомысленное желание исполнилось!? А как же… Юлия!? На Карла навалился животный, панический страх. Каким образом немедленно вернуться обратно!?