Людмила Бояджиева

Марина Цветаева. Неправильная любовь

Между любовью и любовью распят мой миг, мой час, мой день, мой год, мой век.

Москва. 20 декабря 1915 Я с вызовом ношу его кольцо! — Да. В Вечности — жена, не на бумаге. —   Его чрезмерно узкое лицо      Подобно шпаге. Безмолвен рот его, углами вниз, Мучительно-великолепны брови.   В его лице трагически слились      Две древних крови. Он тонок первой тонкостью ветвей. Его глаза — прекрасно — бесполезны! — Под крыльями раскинутых бровей —    Две бездны. В его лице я рыцарству верна, — Всем вам, кто жил и умирал без страху! —      Такие — в роковые времена — Слагают стансы — и идут на плаху. Марина Цветаева Коктебель, 3 июня 1914

От автора

Союз Марины Цветаевой и Сергея Эфрона — хитрая уловка злого Рока, прячущего когтистую хватку под маской щедрой Феи-дарительницы. И не разобрать: ловушка или дар? На радость или на горе соединились Двое? В этом союзе все «слишком». Как, впрочем, и в самой Марине, в самом Сергее. В самом времени — трагическом изломе истории России. Слишком резко, слишком больно, слишком страшно и чересчур нелепо.

Она — Поэт милостью Божьей, первого ранга ценности. Человек, гибель России и «Лебединого стана» выстрадавший, коммунизм ненавидевший. Вырвалась из Парижа в страшном 39-м, чтобы, пройдя на родине крестный путь унижений и бед, убить себя в сенях чужого деревенского дома. Ушла из жизни в августе 1941-го, в полной мере осознав правоту своего отрицания «большевистского рая». Не услышанная, непонятая.



1 из 346