Творчество Маяковского уже превратилось в классику, оставаясь современным. Оно классическое, потому что его гений признан целой нацией. Оно современно, потому что повседневная жизнь и проблемы, с которыми в Советской России сталкиваются сегодня, подбрасывают причины цитировать его постоянно. Любовь, Революция, Война и Мир, крошечные детали повседневной жизни… В поэзии Маяковского не было главных или второстепенных предметов. Лозунги, написанные им для министерства образования, рекламные слоганы, которые он писал для национализированных индустрий, оставили глубокий неизгладимый след в сознании людей… И они по-прежнему считают их смешными. И его лирическая поэзия не потеряла свою опустошительную силу, а его сатирические поэмы до сих пор позволяют людям ощущать, что о них кто-то думает, за них кто-то борется, готовый сравнять с лицом земли всё, что они ненавидят. Многие из его поэм донесут душевное волнение, вдохновение и надежду до будущих поколений.

У него была квартира в маленьком двухэтажном домике, из которого ныне сделали музей Маяковского. Комнаты были такими крошечными, что при каждом его движении казалось, что стены развалятся на куски. На нижней части этого дома кто-то написал на примыкающем кирпиче огромными буквами:

Глава I

Отец Маяковского умер. Семья переехала в Москву. Мрачную, нищую. В 1906-07 гг. Маяковский ещё ходил в школу. В тринадцать или четырнадцать лет он увлёкся философией, в особенности Гегелем. И естествознанием. Но больше всего его увлекал марксизм. В 1908 году, в возрасте пятнадцати лет, он вступил в партию большевиков (известную тогда как Российская Социалистическая Партия). Его впервые арестовали, обвинили в сочинении политических памфлетов, а затем отпустили. Год партийной работы. Он во второй раз подвергается аресту за попытку помочь каким-то женщинам сбежать из Новинской тюрьмы в Москве. Он получает срок. В течение 11 месяцев заключения (ему было пятнадцать или шестнадцать) у него развивается ненасытное влечение к литературе. Он читает современное творчество и классиков: Байрона, Шекспира, Толстого. Выпущенный на свободу в 1910 году, он сталкивается с дилеммой: