Увы, но романы «Плечом к плечу на Занзибаре», «Взирают агнцы горе» и «Оседлавший волну шока» принесли Джону Браннеру славу, но не состояние. Этого оказалось до обидного мало для немолодого фантаста. Революционные шестидесятые закончились, в США и Британии стало неуютно. На смену «Битлз», «детям цветов» и глобальному политическому потеплению пришли экономический спад, Вьетнам и ожидание ядерной катастрофы. Уверенность и оптимизм сменились цинизмом и растерянностью. Заморозки не обошли стороной и литературу. В реальном мире было слишком много проблем, чтобы возвращаться к ним еще и на страницах фантастического романа. Читатель нуждался в простых и ясных сюжетах, где черное всегда остается черным, а белое — белым, где между добром и злом идет непримиримая схватка, а принадлежность героя можно распознать по цвету плаща. Мрачным прогнозам Джона Браннера, как и экспериментам «Новой волны», не было места в этом прекрасном новом мире. Да и сам Браннер выглядел утомленным ролью Кассандры. «Мне абсолютно не доставляет удовольствия, когда человеческий идиотизм оправдывает мои наихудшие ожидания», — признавался он. Однако отличие от Айзека Азимова или Роберта Силверберга, в схожей ситуации ушедших в научно-популярную литературу, Джон Браннер не собирался под ударами судьбы расставаться с любимым жанром.

Единственным очевидным выходом стала литературная игра. Развлекательная беллетристика, в которой он набил руку еще в конце пятидесятых, не требующая от писателя связных рассуждений про облик грядущего, а от читателя — серьезного отношения к авторским конструкциям. Эта система взаимных уступок полностью удовлетворяла обе стороны. Именно такую нишу искал уставший писатель. В семидесятых «живой классик» британской антиутопии начинает понемногу возвращаться к «космической опере», экспериментирует с героической фэнтези, а также пробует силы в других авантюрно-приключенческих жанрах. В начале десятилетия на свет появляются первые рассказы-фэнтези о Путешественнике в Черном (The Traveller in Black).