Туда же: «Говорить могу!» Я поглядеть хотел бы, Как принялся бы ты, дружок, за свеженькое дельце? Да знаешь ты, кто ты таков? Хоть пруд пруди стадами Таких, как ты, говорунов. Небось процессик выиграл У чужеземца-простака, бедняги-поселенца. И то ночами прозубрив, на улицах мурлыча, Друзьям все уши протрубив, сырую воду пивши, И думает – «оратор я». Дурак, а не оратор!

Колбасник

А ты какое зелье пил, что город обморочил? Что все молчат, а ты один кричишь, не уставая?

Клеон

А где ты ровню мне найдешь, чтобы без долгих споров, Подзакусивши балычком да опрокинув кружку Винца покрепче, прикрутить пилосских полководцев?

Колбасник

А я натрескаюсь рубцов, налопаюсь печенки, Похлебки выдую горшок, а там, не умываясь, Взъерошу всех говорунов и Никия взлохмачу.

Демосфен

Мне нравятся слова твои, одно лишь не по вкусу, Что собираешься один похлебку ты прикончить.

Клеон

Хоть камбалы наешься ты, милетян не осилишь.

Колбасник

Что? Да нажравшись студня всласть, и рудники куплю я.

Клеон

Вот погоди, ворвусь в Совет и заору истошно.

Колбасник

Вот погоди, кишки тебе и потроха я вырву.

Клеон

За двери выброшу тебя, пинками в зад поддавши.

Демосфен

(бросается на него)