Интересно, какого же сорта неприятности у этой занозы? Она и Нини растлили малышку из детского садика? Или, хлебнув лишнего, пришили сутенера с площади Пигаль?

Как романтично сидеть на террасе! Островок уединения, подвешенный в небе Парижа. Вот только запах портит впечатление. И чем дольше сидишь, тем сильнее он шибает в нос. Розы напрасно стараются, запашок тухлятины ничем не перебьешь. Воняет хуже, чем от мусорных баков и от кошачьих лежбищ. Порою такой дрянью несет, что зло берет.

Почему Ребекка, прежде чем слинять, сказала, что все козыри у меня на руках? Значит, есть хороший шанс разгадать, что же ее так мучает? Я встал с кресла и прошелся по террасе. Собственно, терраса представляла собой клетку, сооруженную на уступе крыши. Получается, что вы не на террасе, а внутри нее, поскольку площадка со всех сторон обнесена высокой решеткой. Нет, черт подери, этот мерзкий запах становился невыносимым.

"Дохлая птица, - подумал я. - Наверное, голубь стал жертвой бродячего кота и теперь гниет за трубой".

Что же, дело житейское. Однако...

Я продолжал принюхиваться, морщиться и соображать. Мне потребовалось десять минут, чтобы понять, где собака зарыта.

Затем я приподнял плексигласовую крышку люка и тихо позвал:

- Ребекка-а!

Видимо, она ждала неподалеку, потому что почти тотчас же появилась у подножия винтовой лестницы.

- Да?

У нее был растерянный и несчастный вид, словно у маленькой пансионерки, которую надзирательница собирается наказать за оплошность.

- Можно вас ни минутку, мисс Шарада? Похоже, я обнаружил причину вашей тревоги.

И вот она приближается, боязливо, голова повернута в сторону, глаза, как у стриптизерки3.