Я буду убивать эту тварь в память о нашей битве». Но Тэнгэр также приговаривает к тому, что раз в поколение будет рождаться илбэч-человек, умеющий создавать сушу лишь силой желания, и неизвестно, останется ли, прежде чем яд Многорукого разъест ограждающую мир стену, место в далайне самому Многорукому. Таков «миф творения» в изложении Святослава Логинова. Мир, созданный по меркам дьявола и для обитания дьявола, а человек, созданный по образу и подобию Божьему (Тэнгэрову) изначально дьяволу (Ёроол-Гую) в жертву обречен. Псевдодальневосточная терминология (и дальнейшие «как бы» монгольские и китайские реалии) не должны вводить читателя в заблуждение. Хотя, конечно, введут, и, уверена, что будет высказано мнение, что Логинов написал роман на основе монгольской мифологии. Ничего подобного. Я уже сказала — никакие канонические системы в основе романа не лежат. Я сказала также — никакие канонические… В раннем христианстве оппозиция Бог — Сатана выражена слабо. Господь всемогущ, и представлять, что Сатана может реально противостоять ему — значит, умалять величие Божье. Но прежде христиан и в первые века их были гностики, отнюдь не считавшие Творца всемогущим. Ибо тот Творец, которого мы знаем — лишь слабая эманация, отражение истинного непознаваемого Бога. Разумеется, у такого творца-демиурга может быть «черный двойник», Сатанаил, истинный хозяин нашего мира. «Сотворение мира — эпизод второстепенный. Блистательная идея — мир, представленный, как нечто изначально пагубное, как косвенное и превратное отражение дивных небесных помыслов».

Далайн — четырехугольник, обнесенный стеной Тэнгэра, где плещется ядовитая влага и торчат каменные острова — оройхоны. Оройхоны бывают сухие, мокрые и огненные, причем жизнь возможна только на сухих. Множество хищных и омерзительных тварей — не считая явлений Многорукого, уничтожающего все живое везде, где дотянутся его щупальца. Плюс еще всевозможные прелести.