Щурясь на солнце, Райан бросил взгляд вдоль улицы. Осмотрел выстроившиеся в линию дома с магазинами на первых этажах и припаркованные под углом к движению машины. Потом снова обернулся к Бобу-младшему:

— Сигареты не найдется?

— Никак нет.

— А что это за квадратная хреновина торчит у тебя из кармана?

— Просто квадратная хреновина, и все дела, — ответил Боб-младший.

— Ну ладно, до скорого, — сказал Райан, хлопнул дверцей и пошел вдоль улицы по тротуару.

Боб-младший смотрел ему в спину. Он дождался, пока Райан дойдет до перекрестка, после чего, одним пальцем переключив рычаг коробки передач, направил машину вслед за ним. Поравнявшись с Райаном, Боб-младший сказал:

— Эй, парень, наш разговор еще не окончился. — Проехав еще немного, он остановил пикап. — Я кое-что хочу тебе сказать.

— Валяй.

— Подойди-ка ближе, я не собираюсь кричать. — Боб-младший положил воскресную газету рядом, а сам, перегнувшись через пассажирское место, выглянул в правое окно пикапа.

— Ну что? — спросил Райан.

— Слушай, те две недели, что ты прожил вместе с бригадой, нам с тобой беседовать особо не приходилось, так?

— Не приходилось.

— Правильно. А это значит, что ты совсем меня не знаешь.

Райан неопределенно-выжидательно покачал головой.

— Мы, приятель, не беседовали с тобой не потому, что ты этого не хотел, а потому, что мне это было ни к чему, — сказал Боб-младший. — Зато теперь я кое-что тебе скажу. Езжай отсюда домой. И сделай одолжение — побыстрее, тебе же лучше будет. Хоть ты и не белый человек, но, по крайней мере, похож на белого, так что послушайся моего совета.

Райан по-прежнему молчал и пристально смотрел на собеседника — высокого, крепко сбитого мужчину в ковбойской шляпе, надвинутой на глаза. Этот цепной пес с громадными лапами превосходил Райана весом фунтов на тридцать, а жизненным опытом, вероятно, лет на десять. «И при этом, — вдруг пронеслось в голове у Райана, — у него, наверное, совершенно детский белый лобик». Он никогда не видел Боба-младшего без шляпы. Наверное, и в постели ее не снимает.