— Она была очень взволнована и уже собиралась звонить во все инстанции. Где ее отец, она не знает. Он после ужина не объявлялся. Спрашивала про тебя: все ли у тебя в порядке и не с тобой ли ее отец?

Слова Амадора меня сразу насторожили.

— Я должен выбраться из этой вонючей камеры, черт возьми! Неужели ты не знаешь никого, кто бы мог мне помочь? А адвокат? Раздобудь-ка для меня адвоката.

— Сегодня не смогу, да и в последующие дни вряд ли. Все упирается в этого капитана Эмилио. Вызвать адвоката можно только через него. И не говори мне, что он на это пойдет. Капитан тебя ненавидит, и я даже не знаю, кто в этой ситуации может тебе помочь... — сказал Амадор и замолк. — Подожди-ка, — после некоторой паузы вдруг продолжил он и покрутил свой правый ус, — возможно, я смогу. Ты ведь еще не знаешь, по какому делу я позвал тебя в Мехико...

— Да пропади оно пропадом. Надо сначала решить главный для меня вопрос — как отсюда выбраться, а потом уж...

— Нет; это очень важное дело. Смог бы ты отыскать в Мехико фильм с самой что ни на есть черной порнухой?

— Без труда. Нанял бы гида и сказал ему, что хочу посмотреть такой фильм...

Жестом руки Амадор остановил меня:

— Нет, amigo,

— Как же мне это удастся? Черт, я же не говорю по-испански.

Амадор пожал плечами.

— Так ты за это не берешься, — констатировал он.

— Ладно, — сказал я. — Вызволи меня отсюда, и я сделаю все, что от меня требуется. Вообще-то ты не пошутил?

— Нет. Та, к кому я собираюсь обратиться за помощью, может вытащить тебя отсюда в два счета. Тогда отлично. Я иду встречаться с графиней, — решительно сказал Амадор и, повернувшись на каблуках, направился было к выходу.

— Эй, — окликнул я его. — Минутку.

Он остановился.