Церемонию возведения на трон было решено провести вскоре после моего прибытия. Дата церемонии была назначена на 14-й день первого месяца года железа-дракона, что соответствовало 1940 году. Она была утверждена регентом в соответствии с советом государственных астрологов и по консультации с Национальной ассамблеей. Были посланы пригласительные телеграммы правительствам Китая, британскому правительству Индии, королю Непала и махараджам Бутана и Сиккима, в которых им сообщалась дата возведения на трон. Церемония проходила в Сиши Пунцог, зале Всех Добродетелей Сансары и Нирваны, который находился в восточной части дворца Поталы. Здесь собрались дипломатические представители соседних стран, официальные лица тибетского правительства, как миряне, так и монахи, ламы-перевоплощенцы, настоятели и заместители настоятелей трех крупнейших монастырей - Дрепунга, Сера и Гадэна, а также члены моей семьи. Когда я вошел в зал, меня сопровождали регент, который был моим старшим учителем, и мой младший учитель. Следом шли члены Кашага, главный и действующий настоятель и старший домоуправитель. Также нас сопровождали владыка по одеждам, владыка религиозных церемоний, владыка по столу и представители древних районов Тибета.

Все собравшиеся встали, когда я вошел, а главный настоятель и старший министр подвели меня к "львиному" трону, в то время как старший домоуправитель вел всю процедуру. Сен-три - "львиный" трон, был установлен в соответствии с предписаниями священных текстов. Он был квадратной формы и сделан из позолоченного дерева. По сторонам его были вырезаны восемь львов, поддерживающих трон, по два с каждой стороны. На нем лежало пять квадратных подушек, каждая покрыта парчой своего цвета. Таким образом, все сооружение достигало высоты шести или семи футов. На столике перед троном лежали все печати Далай-лам. Церемония началась с распева особых молитв группой монахов, которые жили в Потале и участвовали во всех религиозных церемониях с Далай-ламой.