Шпулька, правда, лучше переносила жару, зато легче впадала в пессимизм. Ей уже представлялись два белых скелета, полузанесенных песками пустыни, и кружащие над ними стервятники.

- Не знаю, не знаю, - вдруг произнесла она задумчиво. - Это становится невыносимым. Не говоря уже о маргарине. Минералка кончается, мы умрем от жажды...

- У нас два литра чаю, - зло возразила Тереска.

- Кроме того, можно получить солнечный удар, - продолжала Шпулька нагнетать пессимизм. - Я уж на все согласна, лишь бы оторваться от этого проклятого места. Слава Богу, что с таким грузом нельзя идти пешком, а то бы я двинулась.

Безграничный пессимизм подруги неожиданно вызвал в Тереске активное противодействие

- Хватит, - категорически заявила она и поднялась. - Хватит ничего не делать и жариться на этой сковородке! Никто сюда не приедет. Можно перенести хоть часть вещей на несколько метров, потом вернуться и перетащить следующие, и так далее. Вставай, попробуем!

Шпулька очнулась и с ужасом посмотрела на подругу.

- С ума сошла? - спросила она, не веря своим ушам.

- Нет, но еще немного - и в самом деле сойду. До ближайшей речки всего несколько километров. Не сиди мы тут сиднем, как замшелые пни, давно бы уже там были. Чего ждешь? Бери что-нибудь и трогай!

Шпулька не на шутку перепугалась, что Тереска от жары немного спятила. Тащиться в такое пекло с жутким грузом... Бред сумасшедшего! Ведь через полкилометра они сдохнут... А Тереска уже энергично волокла голубой мешок через канаву. Прислонив его к дорожному столбу, она вернулась за следующим.

Пустое и вымершее до сих пор шоссе благодаря им немного оживилось. Фигуры двигались туда и обратно, от столбика к столбику. Весь багаж перемещался всего в два приема. Причем обратный курс можно было считать отдыхом.