Петроград готовился к празднованию первой годовщины Великой Октябрьской социалистической революции. На домах - яркие лозунги, плакаты. В Неву вошли корабли Балтийского флота, разукрашенные гирляндами разноцветных флагов.

Так случилось, что в день праздника - 7 ноября 1918 года наша батарея получала вооружение и артиллерийскую амуницию со складов Петропавловской крепости. Нам выдали четыре 122-миллиметровых гаубицы образца 1909 года с передками, четыре зарядных ящика, артиллерийские оптические приборы, значительное число винтовок, шашки и бебуты для ездовых и много положенного по табелям имущества.

Приемка заняла весь день. Как ни торопились сдатчики поскорее с нами разделаться, командир батареи и другие бывалые артиллеристы придирчиво проверяли исправность и боевую пригодность всего, что получали по ведомости.

Выехали мы из Петропавловской крепости, когда уже совсем стемнело. Город искрился разноцветными электрическими лампочками. На улицах и площадях гремели оркестры, пели хоры, выступали артисты. Всюду очень людно. Особенно торжественно на набережных: на Неве корабли, расцвеченные иллюминацией.

Мы ехали на четырех грузовых автомобилях.

В головной машине командир батареи, я - на последней. В кузове нашего грузовика стояло одно орудие, второе катилось на прицепе, поэтому мы вскоре отстали от других, а потом нас захлестнул праздничный поток, сквозь который продвигаться удавалось со скоростью черепахи. На Троицком мосту нам преградили путь вооруженные красногвардейцы. Им показался подозрительным большой грузовик с двумя орудиями. Потребовали документ на орудия, а у меня его не оказалось все документы были у командира батареи.

Нас задержали. Вокруг собрались сотни людей. Слышались возгласы:

- Не выпускайте их! Сразу видно - контра! Свои не повезут орудия в праздник!

Мне ничего не оставалось, как оставить машину на мосту, а самому пешком вернуться в крепость, чтобы получить документ. Но на складе уже никого не оказалось, все было заперто и опечатано. Дежурный по-товарищески мне посочувствовал и посоветовал отправиться на квартиру к комиссару крепости, благо она неподалеку. Так я и поступил. Комиссар, к счастью, оказался дома. Он выдал мне документ, скрепив свою подпись массивной печатью.