Наше летное поле порядком раскисло от затяжных осенних дождей. Однако лишь чуть-чуть улучшалась погода, как командир полка тотчас выпускал самолеты на боевые задания. Их пилотировали самые опытные летчики. Боевые задачи выполнялись малыми группами, парами и даже одиночными экипажами. Штурмовики все время держали противника в напряжении.
Общим в полку было мнение, что, как только настанет зима, наш Западный фронт перейдет в наступление. Эти разговоры волновали молодых летчиков. Думалось тогда: неужели нам не придется участвовать в боевой работе? Кто-то летел на задания и возвращался с победами, а мы на фронтовом аэродроме чувствовали себя так, как в училище в летный день: полеты по кругу, полеты в зону, ознакомительные полеты по маршруту.
Скорее бы в бой...
Передний край обороны на нашем участке фронта проходил чуть западнее районных центров Зубцов, Гжатск, Юхнов, В темные осенние ночи с аэродрома было видно багровое зарево пожарищ. Наш 198-й штурмовой авиационный полк базировался в то время на полевом аэродроме неподалеку от Волоколамска. Городок этот вместе с окружавшими его населенными пунктами в период вражеского наступления на нашу столицу был ареной ожесточенных боев.
Отступая, фашисты всю свою злобу за неудачи на фронте вымещали на мирных жителях. Они угоняли их в Германию, расстреливали, вешали, а деревни и села предавали огню. Гитлеровские генералы приказывали уничтожать на русской земле все, что было можно уничтожить. На языке фашистских вояк это называлось "создать мертвую зону" на пути наступающих советских войск.
Серьезно пострадало и село Чертаново, где располагался наш аэродром. То, что уцелело от прямых попаданий бомб, мин и снарядов, было уничтожено пожарами.