Пит помог ему застегнуть защитный жилет.

— Восхищаюсь этими геройскими парнями, им сам черт не брат.

О'Брайен шагнул к коробке.

— Стой! — крикнул я. — Если ты не против, мы с Питом сначала отойдем чуть подальше.

Мы вернулись туда, где стояли раньше — за одну из мраморных колонн.

Один из патрульных отошел от веревки и приблизился к нам и тихо проговорил:

— Вон тот парень со светлыми волосами, в темной куртке — там, около кондитерского ларька. Клянусь, я видел его в толпе возле библиотеки на прошлой неделе.

Мы отыскали его глазами среди людей за веревками. Невысокий, белесый мужичонка. Глаза его были прикованы к тому, что происходило возле грузовика.

Пит двинулся было, но я удержал его за руку:

— Он никуда не денется.

О'Брайен и Хейстингз действовали одни. Они пошли к грузовику и взяли оттуда длинный шест со стальной плетеной корзиной на конце.

Над толпой нависла тишина, когда О'Брайен склонился над коробкой. На мгновение он поднял глаза и, как мне показалось, усмехнулся под маской. Потом стал осторожно двумя руками поднимать упаковку. Взрыв несколько раз прокатился эхом по зданию вокзала.

Я услышал проклятье Пита и вышел из-за колонны. О'Брайен и Хейстингз, словно два манекена, лежали, скорчившись, на мраморном полу.

Я продрался сквозь визжащую толпу к тому маленькому человечку. Он не заметил меня даже тогда, когда я схватил его за тонкую руку. Он думал о чем-то своем. Его рачьи глаза вперились в два искалеченных тела на полу, он улыбался.

Капитан несколько раз передвинул по столу пепельницу и поднял на нас глаза.

— Хейстингз скончался на месте. О'Брайен все еще цепляется за жизнь, но даже если и выкарабкается, останется калекой.

Он взял со стола рапорт: "Имя подозреваемого — Ирвин Джеймс Стюарт, 98-я улица, №1368. Поскольку вы его взяли, вам двоим с ним и работать.

Уилсон потер шею.

— Стюарту тридцать шесть лет, холостяк, живет с матерью. Она считает нас зверьми. Ее мальчик никогда не делал ничего дурного. Он хороший сын и никогда не забывает поздравлять ее с праздниками.